«Всероссийская неделя семьи: семья и вера». Роман Торгашин

 

Разговор шел о важности создания и сохранения семей, особенно многодетных, а также о значении веры в семейной жизни. Роман рассказал о Всероссийской неделе семьи «7Яфест»: о программе и задачах фестиваля, о том, кого он может особенно заинтересовать, а также какие отзывы были с уже прошедших подобных мероприятий. Также размышляли о вызовах, которые могут стоять перед современными семьями и как на них можно ответить.

 

Ведущая программы: кандидат экономических наук Мария Сушенцова

 

Мария Сушенцова
— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА, с Вознесением Господним, дорогие слушатели! Сегодня мы продолжаем цикл программ «Вера и дело», в рамках которого рассуждаем о христианских смыслах экономики. И сегодня мы хотели бы добавить к смыслам экономики ещё и тему семьи. В гостях у нас сегодня Роман Торгашин — директор Радио ВЕРА, кандидат экономических наук и соорганизатор Всероссийской недели семьи. Здравствуйте, Роман!

Роман Торгашин
— Здравствуйте, Мария! Здравствуйте, дорогие слушатели! С Праздником вас!

Мария Сушенцова
— Тема наша сегодняшняя — как раз многодетная семья, её внутренняя жизнь, её экономика. Мы хотели бы обсудить не только личный опыт каждого из нас, но и поговорить о грядущем событии — о Всероссийской неделе семьи. Роман, расскажите, пожалуйста, что это такое, что представляет собой этот фестиваль, ради чего он задумывался, какова его миссия, цели и задачи?

Роман Торгашин
— Всероссийская неделя семьи, ранее известная как «7Яфест», — это уже традиционное ежегодное событие. Несколько сотен тысяч людей в нём каждый год принимают участие. В этом году более чем в тридцати субъектах Российской Федерации, включая Москву, в последнюю неделю мая будут проходить встречи: семейные мероприятия культурные, спортивные, просветительские, благотворительные. И кульминацией недели всегда становится семейное шествие. В этом году оно состоится 30 мая, в Троицкую родительскую субботу. Мы надеемся, что после утренних служб, в районе обеда, все соберутся и выйдут на улицы своих городов с торжественными шествиями счастливых семей. Этот фестиваль проводится уже несколько лет. Он возник для того, чтобы в хорошем смысле пропагандировать или, точнее, утверждать в обществе образ счастливой многодетной многопоколенной семьи, возрождать и освещать наши добрые семейные традиции, как помогать людям строить семейные отношения, укреплять любовь внутри семьи через совместные активности и дела милосердия. Мы стараемся обращать внимание широких институтов — общественных, государственных, бизнеса, культуры — на проблематику сохранения традиционной семьи, ради этого и стараемся.

Мария Сушенцова
— Спасибо большое. Насколько я понимаю, кроме этой кульминации в субботу, то есть торжественного шествия счастливых семей, распланирована целая неделя, где каждый день будет посвящён своей категории населения, скажем так: молодым, старшему поколению, детям, отцам, матерям. Не могли бы вы рассказать о всей панораме недели? Кого планируется привлекать туда и как?

Роман Торгашин
— Начну с того, что слушателям посоветую зайти на сайт мероприятия Всероссийской недели семьи «7Яфест», адресная строка его латинскими буквами: 7ya-fest.ru. Там можно ознакомиться с программой, релевантной для вашего региона. Мы говорим о московской студии: в Москве Всероссийская неделя семьи пройдёт в формате ценностных встреч. Каждый день недели — тематический. Воскресенье, первый день недели по традиционному христианскому календарю, — это день милосердия, понедельник будет посвящён связи поколений, вторник — мамам, среда — папам, четверг — молодёжи, пятница — молодой семье, ну а суббота — день святости семьи, в который мы, как я уже сказал, планируем провести шествие. Заканчиваем неделю в воскресенье днём приумножения любви. Эта тематика соответствует названиям ценностных встреч, которые пройдут в эти дни на разных площадках; в зависимости от города это могут быть вузы, какие-то общественные места, залы, музеи. В Москве они будут проходить в музее Николая II, на площадках вузов. Подробнее советую прочитать на сайте. Ценностные встречи — это дискуссионные панели, где участники с модераторами будут обсуждать аспекты семейных отношений, материнства, отцовства, молодого родительства. Тем, кому интересна та или иная тема, будет полезно услышать советы, идеи, найти ответы на свои вопросы или задать их. На это ценностные встречи и рассчитаны, если коротко.

Мария Сушенцова
— Я правильно понимаю, что каждый день тематический, и в каждый день будет только одна панельная ценностная встреча с несколькими спикерами, модераторами по заявленной теме, или их будет несколько в каждый день?

Роман Торгашин
— В Москве будет одна ценностная встреча в день. А в регионах наши коллеги с учётом местных особенностей и доступности гостей, спикеров сами планируют такие программы, обязательно что-то будет.

Мария Сушенцова
— Скажите, этот фестиваль проходит во всех регионах России или только в отдельных?

Роман Торгашин
— Пока ещё не во всех. В этом году больше тридцати регионов участвуют, проводят у себя мероприятия Всероссийской недели семьи в разных видах. Это больше, чем в прошлом году, и мы надеемся, что с каждым годом такое движение снизу будет расти и больше регионов будут к этой Неделе присоединяться.

Мария Сушенцова
— А сколько лет уже этому фестивалю? И поступали ли отклики от людей, которые поучаствовали, и что-то в их жизни поменялось? Какая обратная связь поступает от этих ежегодных фестивалей?

Роман Торгашин
— По поводу истории: в формате уличных шествий фестиваль проходит третий год. До этого он был более камерным, скорее внутригородским праздником. Если мне память не изменяет, мы начали с 2020 года, то есть он проходит шестой год. Что касается обратной связи: есть личный опыт участников, а есть медийная составляющая — видеозаписи ценностных встреч публикуются в социальных сетях, надеюсь, и в этом году так же получится. Обратная связь зрителей под публикациями есть, она очень интересная, можно зайти и почитать отзывы. Но основные отклики были на выступления некоторых ярких спикеров и на неочевидные для людей вещи, высказанные в рамках встреч — о построении семейных отношений, о ролевых историях в семье и так далее. Мы видим, что зрители откликаются, пишут, обсуждают. Что касается личного опыта участников, то надо видеть глаза людей, которые выходят с этих встреч, и особенно глаза участников шествий. Шествие, посвящённое семье, — это большой внутренний праздник. У многих душа ликует на фоне того, сколько тяжёлых явлений мы каждый день видим вокруг, а возможность выйти и манифестировать ценность семейного счастья для очень многих людей крайне дорога. Люди приходят на шествие с семейными флагами, в красивой одежде, с детьми — это незабываемый опыт, если хотите, такого альтернативного парада в хорошем смысле слова. Парады чего угодно мы видим в разных недружественных странах и у запрещённых движений и в связи с этим у многих есть идейный посыл: если мы не будем ходить с семейным парадом, то будут ходить с парадами запрещённые движения (не будем повторять здесь их буквенные аббревиатуры). Это маленький праздник семейного счастья: последние дни мая, почти во всех наших регионах уже лето, тепло, солнечно. А самое главное — мы всегда заканчиваем шествие молебном о благополучии российских семей. Мы помним, что 1 июня — это День защиты детей, а ещё это праздник святых благоверных Димитрия Московского и его супруги Евдокии (в постриге Евфросинии), у них было двенадцать детей. Мы знаем Димитрия Донского как князя, устроителя Московского государства, защитника. Поэтому накануне этого дня особое настроение — молиться о семейном благополучии, вспоминать этих святых, а также Петра и Февронию, государя императора и его семью прекрасную, и многих других святых, прославившихся своим семейным подвигом, не побоюсь этого слова. И когда такое радостное шествие завершается молитвой — это особое духовное ликование для всех участников. Могу только пожелать нашим слушателям испытать его, присоединившись к шествию.

Мария Сушенцова
— Спасибо вам большое за вдохновляющее предисловие к этому грядущему событию. Вы так вдохновенно рассказывали о том, что испытывают участники шествия, как они ощущают себя немного в ином свете, видят других. А у меня параллельно возник вопрос: с одной стороны, с точки зрения формирования идеалов у молодёжи, духовно-нравственного воспитания и посыла это очень важно и незаслуженно раньше было отодвинуто в сторону; с другой стороны, есть такое ощущение (возможно, интуитивное), что семья — это одно из самых главных внутренних сокровищ в жизни человека, жемчужина, которую хочется держать не на виду, не напоказ. При этом есть примеры, когда счастливые семейные картинки избыточно выставляются напоказ в медийном пространстве, в социальных сетях, и возникает ощущение, что, может быть, не надо этого делать и своё сокровище держать в стороне от других глаз. Как вы смотрите на это?

Роман Торгашин
— Я, кстати, в целом разделяю это ощущение. Я не сторонник того, чтобы в медийном пространстве выворачивать наизнанку семейную жизнь. С пониманием отношусь к тому, что для многих публичных людей это неизбежность, особенно в сфере искусства — по сути, они под камерами живут. Наверное, это отдельный крест и подвиг. И я очень хорошо понимаю тех, кто старается оградить личную семейную жизнь от постороннего внимания. Но мне кажется, что с точки зрения шествия как раз всё хорошо, потому что никто вас не снимает и фотосессий специально не устраивает. Мы выглядим как разноцветная колонна счастливых людей с шариками, флагами и детьми и, по большому счёту, это наша одна большая всероссийская семья. Моё субъективное ощущение, что частное интимное пространство семьи там никак не нарушается. Вы же ходите с семьёй в парк на городской праздник — и здесь ощущение примерно такое же. У меня, по крайней мере, не возникает чувства, что кто-то вторгается в личное пространство. Но когда камера заглядывает или когда в социальных сетях публикуются фотографиями, это тоже не моё.

Мария Сушенцова
— Да, интересно. Вы сейчас подбирали слово, как назвать, и у меня в голове возникла такая ассоциация: мы же на День Победы часто участвуем в шествии Бессмертного полка — кто онлайн, кто очно. А здесь, можно сказать, идёт такой семейный полк.

Роман Торгашин
— Это очень уместная аналогия. Более того, она, мне кажется, вдохновляла многих авторов этого проекта. Прямая аллегория: что есть высшие ценности в нашем обществе, одна из них — память предков, которые защищали Отечество и души свои положили за други своя. И это наша святая обязанность — чтить их, выходя на шествие Бессмертного полка. Это нужно нам и нашим детям. То же самое с семьёй, потому что семья — это последняя крепость нашего Отечества. Очень хотелось бы, чтобы наше всероссийское семейное шествие стало таким же массовым, как Бессмертный полк. Мы очень надеемся, что так и произойдёт.

Мария Сушенцова
— Да, такой полк жизни на земле. Давайте теперь поговорим о заявленной теме и, может быть, о личном опыте. Я сейчас себе противоречу: только что говорила, что сокровища надо держать под спудом, но мы постараемся в допустимых пределах коснуться этой деликатной темы. Если говорить о семье в целом, тут двойной уровень. С одной стороны, внутренняя жизнь семьи, когда мы оглядываемся на свой опыт, пытаемся понять, на чём всё это держится, к чему стремиться, за что хвататься, на что опираться. С другой стороны, есть внешний, можно сказать, экономический уровень, и здесь мы смыкаемся с демографической повесткой государства, с какими внешними вызовами сталкивается семья, в чём её можно поддержать, облегчить её жизнь, развитие и так далее. Я бы предложила начать с внутреннего аспекта и попросила бы вас поделиться вашим опытно сформированным видением: в чём, по-вашему, опора семьи? Ведь семья — это не статическая конструкция, которую построил один раз и теперь всю жизнь это здание простоит; это то, что каждый день нужно ремонтировать, достраивать. Это живой, развивающийся организм. И можно ли говорить о незыблемых точках опоры, на которых можно всю жизнь созидать семью и себя в ней?

Роман Торгашин
— Мне кажется, такая точка опоры есть. Церковь учит нас, что семья — это школа любви. У любого человека есть два пути к Богу. Первый — монашеский, когда человек отрекается от всего земного, остаётся один на один с Богом и идёт по этому пути. А второй путь, равночестный и равносложный, — когда человек учится любви в семье, потому что семья невозможна без деятельной любви, не просто чувства, но состояния воли. И самой сильной точкой опоры для семьи является вера. Моё личное убеждение: если люди в современных реалиях умудряются устоять в крепкой семье без веры — это какое-то чудо. И для верующих людей это тоже чудо, а для тех, у кого нет фундамента, краеугольного камня для построения отношений, я вообще не понимаю. Это, наверное, какие-то святые люди, обладающие ветхозаветной святостью, которые, не будучи просвещены верой Христовой, в силу своего природного устроения умудряются прожить святую жизнь в семье, иначе я это не назову. Вокруг столько соблазнов, мы видим печальную статистику разводов: подавляющее большинство брачных союзов сейчас распадается, цифры чудовищные. А экономика — это только часть. Да, есть у этого объективные и субъективные экономические факторы, но ключевой критерий — внутренний, моральный, когда брак перестал рассматриваться как единственная любовь на всю жизнь, один раз и навсегда. Это и есть основной семейный кризис, на мой взгляд, — именно разрушение брака как института, точнее, его расшатывание не столько объективными экономическими факторами, сколько факторами морали. Именно поэтому наш фестиваль — а мы, Радио ВЕРА, не единственный организатор, мы соорганизаторы. В команду организаторов входят Синодальный отдел по церковной благотворительности и социальному служению, Патриаршая комиссия по вопросам семьи, защиты материнства и детства, Синодальный отдел по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ, журнал «Фома», Всероссийская Ассоциация организаций по защите семьи, «Благо Медиа» — наши коллеги. Это не общецерковное усилие, но очень много людей осознанно объединяются в это движение, чтобы обратить внимание всего общества на то, как мы с точки зрения морали относимся к семье и семейным отношениям. Конечно, в рамках шествия мы не можем решить экономических проблем, но заявить семью как высшую по красоте и величию форму человеческого общежития мы можем, транслировать это в наших силах. Именно поэтому мы делаем это вместе с Церковью, потому что без веры современная семья очень неустойчива, мне кажется. Это как дом, построенный на песке, и мы видим это в статистике разводов среди верующих и неверующих людей (сейчас вне зависимости от религии). Существует прямая корреляция: чем более общество религиозно, тем крепче институт семьи, и это не архаизм. Совершенно антинаучно утверждать, что религия и семья — это архаичные институты, это как раз самые прогрессивные институты. Возвращаясь к вашему вопросу: наверное, всё-таки это вера. Вера как инструмент обретения и научения любви, потому что весь смысл семьи и брака — в любви; в том, чтобы научиться любви. В том, чтобы нашу физическую, химическую влюблённость, которая возникает по естественному человеческому инстинкту в молодости, трансформировать уже в духовность.

Мария Сушенцова
— В метафизику.

Роман Торгашин
— Вот, прекрасно! В метафизику семьи, чтобы любовь приобрела полноту как деятельное состояние души. Можно много говорить на эту тему, но я не знаю, насколько ответил на ваш вопрос.

Мария Сушенцова
— Вы очень развёрнуто и глубоко ответили. Я, слушая вас, ловила себя на том, что очень глубоко согласна и тоже недоумеваю, каким чудом держатся семьи, далёкие от веры? Ведь это единственная опора, на которой есть шанс выстроить что-то в долгую. Вы точно подметили ложную, но понятную, популярную трактовку любви как непосредственных чувств. Наверное, вряд ли кто-то будет оспаривать, что семья должна быть основана на любви, с этим клише все готовы согласиться. Но другой вопрос: как понимается любовь? А если любовь понимается как пылающие чувства, которые потом куда-то исчезают, ослабевают, то возникает соблазн посчитать, что любовь умерла. И тут нужен как раз акт волевого усилия, веры, даже прыжок веры, я бы сказала.

Роман Торгашин
— И более того, вера как раз подскажет, что любовь не умирает, она вечна. Коль скоро мы говорим в экономической рубрике, можно затронуть экономику. Оглядываясь на историческую ретроспективу, мы понимаем, что эти чувства пылкости, возникающие в определённый период, потом цементировались семьёй как социально-экономическим институтом, потому что в древности человек был во многом нежизнеспособен без семьи. А женщина, особенно в традиционной средиземноморской цивилизации, была обречена на тяжёлое существование одна. И в нашей русской цивилизации из-за одних только климатических условий человек не мог выжить один, поэтому у нас и общинность как таковая, и семья как институт — они позволяли, в том числе, зимой не замёрзнуть. В Средиземноморье ты лёг под пальмой, и тебе хорошо, а у нас под ёлочкой прилёг и больше не встал. Поэтому семья, как экономический институт, во многом цементировала эти чувства. А в современном урбанизированном обществе одинокий человек выжить может и даже оказаться более успешным, потому что у него выпадает статья расходов, которые в средневековой экономике были короткими инвестициями: чем больше семья, тем она крепче, каждый родившийся ребёнок через пять — семь лет становится рабочими руками, а не просто ртом. А самое главное — нет никакой пенсионной системы, и в старости ты можешь рассчитывать только на своих детей и внуков. В современных реалиях семья как экономический институт оказалась в менее выигрышном положении: такое квазимонашество стало экономически выгоднее, или другая модель семьи — без детей, удвоенный доход. Но это уловка урбанизированной экономики. Да, человек может один выжить, но каково качество этой жизни, если мы вдолгую смотрим? Социологи и психологи прекрасно знают о проблеме одиночества, о формах сублимации. Очень жалко видеть одиноких возрастных женщин, которым ничего в жизни не остаётся, кроме как разводить собачек в своей квартире. Это совсем не тот образ, который мы видим у людей серебряного возраста в многодетной многопоколенной семье, когда собираются на день рождения бабушки или дедушки, и дети с внуками с трудом вмещаются в кадр. Это две разные жизни. Поэтому важно помочь людям не угодить в эту экономическую ловушку молодости, а сделать лучшую инвестицию — в семью. Дети с точки зрения экономики, конечно же, с одной стороны, — пассив.

Мария Сушенцова
— Да, я недавно наткнулась на цифру: 30 миллионов рублей — средняя стоимость воспитания и обучения ребёнка до 18 лет.

Роман Торгашин
— И эти деньги нужно заработать, а самое главное, что это не просто деньги, а это ещё и время. Мало того, что родители трудятся на работе, они потом ещё должны посвятить своё время детям. Пока они маленькие — это бессонные ночи, но, как говорится, «маленькие детки — маленькие бедки», а дальше расходы масштабируются и проблемы масштабируются, поэтому это служение такое, но это и инвестиция. В этом смысле каждый выросший ребёнок — актив как минимум для общества и государства, а если родителям повезёт, то он ещё будет и для них активом.

Мария Сушенцова (после перерыва)
— Светлый вечер на Радио ВЕРА продолжается. В студии с нами Роман Торгашин — директор Радио ВЕРА, кандидат экономических наук, соорганизатор Всероссийской недели семьи. У микрофона Мария Сушенцова, и это программа «Вера и дело», в которой мы обычно рассуждаем о христианских смыслах экономики, а сегодня в этом ракурсе решили поговорить и о семье. Ещё раз поздравляю всех наших дорогих слушателей с Вознесением Господним. Радостно, что именно в этот праздничный день мы говорим о столь животрепещущей и важной теме — о семье. Роман, вы уже семимильными шагами идёте в экономику, а мне всё хочется продолжить разговор о любви. Когда мы начинали разговор со Всероссийской недели семьи, вы упомянули такое выражение: «парад счастливых семей». И мне хотелось бы, чтобы вы поделились своим видением, каково ощущение счастья на длинной дистанции, когда ты инвестируешь в семью, а не ищешь, где бы испытать чувства посильнее? Мне кажется, что когда молодёжи объясняют, что семья — это не только любовь, но и вера, долг, то сразу все так притухают. А хочется показывать пример, наполненный позитивом, и говорить, что это, возможно, не про чувства на максимуме в течение пятидесяти лет, но про любовь как понятие многомерное, и продемонстрировать это примерами. То есть не просто прыжок веры и долг, всё в духе долженствования, а что есть своё счастье — небанальное, неочевидное, глубокое, разностороннее — в том, чтобы играть это вдолгую, смотреть за этот долгий горизонт и строить его. Мне кажется, уместно адресовать этот вопрос вам, как многодетному отцу, человеку с большим опытом в домостроительстве, семьестроительстве. Каково ваше субъективное восприятие ощущения главы большой семьи: что приходит на смену чувству молодости, как оно ощущается уже в другом возрасте?

Роман Торгашин
— Думаю, что мне ещё рано с субъективной точки зрения говорить о долгой перспективе, потому что у нас пока нет внуков. Моё мнение, оглядываясь на историческую перспективу, что полноту семейного счастья люди обретают в старости, становясь дедушками и бабушками, потому что видят плод любви своей любви — детей своих детей. Мы пока молоды для этого, поэтому можем только делиться ощущением счастья молодых родителей. Я всегда с мужской по-доброму завидовал женщинам, потому что у них есть уникальная привилегия быть проводниками жизни в этом мире, ощущать сердцебиение младенца внутри себя, его тепло на своей груди. Я наблюдал это только со стороны, в отношении супруги. Мы, мужчины обделены этим счастьем, можем его только со стороны наблюдать. Но даже наблюдение, быть причастным к нему, иметь возможность сделать женщину счастливой — дорогого стоит. В этом и есть таинство семьи, на мой взгляд: ты участвуешь в счастье другого человека, и от твоего вклада в это счастье ты сам становишься счастливым. Любовь — это уникальный ядерный реактор, в котором любовь умножается: между супругами в их взаимной жертве друг другу и с появлением каждого ребёнка. И вот это счастье молодых родителей — кто его испытал, тот поймёт меня, а кто ещё не испытал — советую не откладывать и ни в коем случае не поддаваться идеям child-free, что дети не нужны или их нужно отложить на попозже. Вот не откладывайте детей на потом, потому что, как говорят, в гробу карманов нет. Все наши материальные достижения, кажущиеся важными в 20–25 лет, со временем меркнут. А воспоминания детских глаз, детских криков, просто добрые отношения с детьми, сама возможность привести в этот мир другого человека, быть, как бы пафосно это ни звучало, соработником Самого Бога, творящего души, — это и есть большое счастье семьи, которое можно испытать, не откладывая.

Мария Сушенцова
— Замечательно. Я согласна с тем, что с рационально-экономической точки зрения дети — это инвестиция и, может быть, самая успешная даже с точки зрения отложенной выгоды. Если мы сейчас сухим экономическим языком говорим и даже это преподаём на экономических факультетах — что, вообще говоря, народ, это классная инвестиция, если уж вы совсем ничего не чувствуете, то хотя бы подумайте головой. Но многие ребята так рассуждают: ну это же там когда-то, а я не хочу своё счастье на старость откладывать, когда мои детки будут за мной ухаживать, и я буду себя чувствовать хорошо и не одиноко. Но главный и сильный аргумент в том, что вы сейчас сделаете счастливым себя, наблюдая радость, связанную с младенцами и осознавая, что через вас новая жизнь пришла в мир.

Роман Торгашин
— Кстати, по поводу старости: как любая инвестиция, это рискованно. Не факт, что ваши дети будут в старости вас кормить и воду подавать. В жизни может быть всякое, и педагогические успехи могут обернуться прахом, или, не дай Бог, родители переживут своих детей, и это самое величайшее горе, конечно. Но, тем не менее, счастье, особенно для христианина — в служении другим людям. Служить дальним, незнакомым людям очень непросто, понудить себя пойти в больницу помогать, в тюрьму или каким-то людям, которые не всегда нам приятны, не всегда опрятны — это вообще великий подвиг и не каждому дано. А послужить маленьким комочкам, которых ты любишь, которые плоть от плоти твоей, — в каком-то смысле легко и радостно. Я, конечно, утрирую насчёт радостно: в три часа ночи просыпаться не так уж радостно или считать ипотечные платежи от зарплаты до зарплаты и бытовые сложности есть у любой семьи. Но самое главное — это возможность служить другому человеку органично, не требуя от себя великих духовных усилий. Не надо много молитв читать, не надо себя к чему-то понуждать — достаточно сказать: «Дорогая, я помою посуду», «Отдохни», отдать что-то от себя супруге, супругу или детям. Эта возможность даётся в семье каждый день, каждую минуту, и это самое большое чудо: не надо искать аскезу и подвиги, они у тебя каждый день. А главное, Господь помогает их легко совершать, особенно если брак благословлён венчанием. Когда мы можем сказать, что собрались во имя Его, создали малую церковь, то Сам Господь участвует в семейной жизни и несмотря на все наши косяки, грехи и несовершенства многие вещи исправляет, в том числе с детьми. Я вот смотрю на свой опыт и вижу, что, как педагог и как отец, потерпел полное фиаско, но понимаю, что там как-то Господь действует и мне остаётся только благодарить Его и просить, чтобы Он заботился о детях, потому что я не умею.

Мария Сушенцова
— Я недавно наблюдала: тоже находилась на пике ощущения своего полного фиаско, но прошло немного времени, и вдруг в детях произошли внутренние перемены, всё как-то вырулило непонятным образом. Кроме как на Бога, не на кого это списать. В общем, никогда не знаешь, как оно выйдет в нужную конструктивную сторону, это удивительно.

Роман Торгашин
— Каждый ребёнок — это же целая безграничная вселенная и богоподобие. Можно только удивляться, её созерцая и радоваться, что ты оказался к этому причастен и соучаствовал в Божественном творении. Аминь.

Мария Сушенцова
— Аминь. В оставшееся время, Роман, хотелось бы поговорить именно о многодетной семье. Я посмотрела статистику: 25% всех семей в стране являются многодетными, примерно четверть, то есть абсолютное меньшинство. И наш разговор гипотетически ориентирован на молодёжь, на тех, кто ещё делает выбор, формирует представление о том, как хотелось бы построить свою жизнь. И тут важно встать на позицию того человека, который находится в этой будущей семье, и поговорить о вызовах, которые испытывают муж и жена в многодетной семье. Про жену, многодетную маму, мне понятнее. А с точки зрения мужчины — главы семьи? Мне кажется (это прозвучит парадоксально), женщине легче. Не в том смысле, что физически легче — понятно, телесная и психологическая нагрузка колоссальная, бессонные ночи и так далее, но её биология, химия, естественная привязанность к ребёнку, нежность — всё это помогает ей не сойти с ума, это огромная помощь. А мужчине, возможно, сложнее в том плане, что он этих дофаминов не испытывает, но нагрузка с рождением каждого следующего ребёнка и переходом в статус многодетного родителя растёт на него колоссально. Поделитесь, пожалуйста, вашим видением: чем можно поддержать будущих гипотетических многодетных отцов, какие дать советы, воодушевить?

Роман Торгашин
— Я сначала немного «покошмарю», а потом попробую воодушевить. Вы правильно сказали: многодетным мужчинам действительно очень непросто. Это серьёзная экономическая нагрузка, которую ответственные мужчины, выдерживающие морально, не всегда выдерживают физически. В обществе так устроено, что есть целая отрасль медицины для женского здоровья, а мужское здоровье понимается очень узко, при этом у нас статистически высокая мужская смертность в среднем возрасте от сердечно-сосудистых заболеваний, например. Я сейчас абстрагируюсь от алкоголизма и тяжёлых историй мужчин, которые ломаются; мы говорим про мужчин целеустремлённых, верных — вот их подстерегает опасность перегрузок. Поэтому задача государства — заниматься мужским здоровьем, профилактикой преждевременной смертности. А с другой стороны, и ответственность самих многодетных пап помнить о том, что здоровье — это ресурс, который принадлежит не только тебе, но и всей твоей семье. Как в самолёте говорят: «Сначала наденьте маску на себя, потом на ребёнка». Или в МЧС учат: «Прежде чем кого-то спасать, сделайте всё, чтобы не пришлось спасать вас». Соответственно, самая главная задача папы в этом смысле — беспокоиться о своём здоровье и инвестировать в него. С другой стороны, не так просто устоять перед всевозможными вызовами. Многие мужчины просто ломаются под этой нагрузкой — где-то не хватает мужества, где-то другие соблазны. И здесь именно вера является подспорьем, чтобы устоять в семейном счастье, не расплескать его, не разрушить призрачными, сиюминутными увлечениями. Грехи против седьмой заповеди рушат семью и оставляют почти неизгладимые следы в душе, поэтому первое, о чём нужно заботиться мужчине, это о своём духовном состоянии, духовном здоровье. В конечном итоге, сделать одну женщину счастливой или сделать десять женщин несчастными — это развилка, которая есть у каждого мужчины и от того, как он её пройдёт, зависит его судьба и в будущей жизни, при переходе в вечность, и в жизни нынешней. Мы видим много несчастных мужчин, которые расплескали чашу своей любви и оказались у пустого разбитого корыта по итогам своей жизни. Следующее — это уже вызовы хозяйственного характера. Понятно, что большой семье очень непросто жить в городе. Ест банальное представление о метраже: как известно, «москвичей испортил квартирный вопрос». Норма предоставления жилья — 25 метров на человека, а если семья хотя бы из семи человек, то нужно больше 150 метров площади для жизни. Пересчитайте в стоимость недвижимости в современных городах — человек даже со средним доходом экономически этого не потянет, и семья обречена жить в стеснённых условиях. Единственный выход — выезд на землю, и он, конечно, более предпочтительный. Жизнь на земле более органична для семьи, когда вы ходите не по головам друг у друга, а по земле. Это просто разные опыты. Когда с коляской и двумя детьми пытаешься выйти из многоквартирного дома — одеться, загрузиться в лифт, спуститься, выйти, потом так же зайти — это не то же самое, что надеть штаны и выбежать из дома на участок. Это два разных образа жизни. Поэтому чтобы многодетные семьи чувствовали себя комфортно в бытовом плане, нужно строить плоскую Россию: города должны развиваться вширь, а не ввысь. Прекрасно себя показывает субурбанистическая культура пригородов: человеку, его семье комфортнее жить в своём доме при доступности всей инфраструктуры, а не в квартире. Жизнь в мегаполисе — это большой вызов, нужно обеспечить условия по жилью, транспорт не заточен под многодетную семью: у нас большинство машин пятиместные, даже два детских кресла поставил — и третьего ребёнка некуда посадить. Соответственно, нужна большая машина. Любая поездка на отдых: ни в одной системе бронирования на одну бронь не купить больше шести билетов. Это уже задача государства — сделать среду обитания многодетной семьи более комфортной. И государство движется в эту сторону не так быстро, как нам хотелось бы, мы стареем быстрее, чем государство поворачивается, но хотя бы поворачивается, и за то спасибо. В конце концов, я глубоко верю, что мужчине помогает Господь. Небесный Отец помогает быть ему хорошим отцом и решать материальные проблемы в том числе. Хотя, конечно, хотелось бы больше помощи от разных институтов: больше многоместных автомобилей на рынке, более доступное жильё, более доступную ипотеку, но мы имеем то, что имеем. Всё равно семейное счастье, счастье быть с детьми пересиливает все трудности и невзгоды, которые требуются для того, чтобы родить и вырастить детей. Да, это очень дорого, но, опять же, в гробу карманов нет. Коллекцию марок, картин или чего-то ещё с собой не возьмёшь, а надежда на то, что дети за тебя хотя бы помолятся, уже греет.

Мария Сушенцова
— Я только коротко добавлю. Для верующей семьи есть такой лайфхак из опыта: огромные финансовые, материальные вызовы, стоящие перед многодетной семьёй, с помощью Божией непосредственно разрешаются, какие бы они ни были. Если это действительно насущный запрос — нужно жильё, ещё что-то — просите, и дано будет вам. Это, конечно, не отменяет необходимости всесторонней продуманной, мудрой государственной поддержки в нужные болевые точки обеспечить помощь. Но ещё и ещё раз — не как лозунг, а как сухой остаток опыта, хочу поделиться: если вам чего-то не хватает, дорогие, на ваших детей — просите, и глядишь, получите. И можно будет жить хорошо, счастливо. Спасибо вам, Роман, за этот разговор. Хочется закончить на хорошей ноте, говоря об экономике семьи. Я напомню, что в гостях у нас был Роман Торгашин — директор Радио ВЕРА, кандидат экономических наук и соорганизатор Всероссийской недели семьи, о которой мы сегодня много говорили. У микрофона Мария Сушенцова, это программа «Вера и дело». Ещё раз поздравляю всех с Вознесением Господним!

Роман Торгашин
— Спасибо, Мария. Спасибо, дорогие слушатели, за внимание. Сердечно поздравляю вас с праздником Вознесения и надеюсь, что с кем-то из вас мы увидимся живьём или виртуально через неделю в субботу на нашем всероссийском шествии счастливых семей.

Мария Сушенцова 
— До свидания, всего доброго.

Источник: Радио ВЕРА

---