Опора-Созидание Проект рабочей группы "Предпринимательство и православие"
"Мы развиваем культуру предпринимательства, основанную на традиционных российских ценностях, осуществляя вклад в духовное возрождение России"

Юлия Тимофеевна Крестовникова

В начале двадцатого века благовоспитанные москвичи Хитров рынок обходили за версту. Уж больно дурной славой пользовался этот клочок земли в центре Первопрестольной. Там давно уже ничем не торговали, и вместо рыночных рядов Хитровка была сплошь застроена бараками и ночлежками, в которых жили нищие, а кроме того, частенько находили себе приют воры и беглые каторжники. Владимир Гиляровский в своей знаменитой книге «Москва и москвичи» так писал о Хитровом рынке: «Мрачное зрелище представляла собой Хитровка. На кривых, полуразрушенных лестницах, ведущих в ночлежки, не было никакого освещения. Свой дорогу найдёт, а чужому незачем сюда соваться!»

Юлия Тимофеевна Крестовникова не была ни воровкой, ни каторжницей. Она приходилась родной сестрой известному меценату Савве Морозову и супругой богатому и влиятельному купцу-фабриканту Григорию Крестовникову. А между тем, на Хитровке её прекрасно знали, и всегда встречали с радостью: Юлия Тимофеевна была активной и неутомимой участницей Городского попечительства о бедных Хитрова рынка. Она раздавала беднякам продукты и одежду, помогала больным устроиться в бесплатные лечебницы, определяла детей хитровских нищих в летние благотворительные лагеря.

Словом, дел у Юлии Тимофеевны на Хитровке было множество, и они приносили Крестовниковой и радость, и грусть одновременно. Радость — потому что она имела возможность делать что-то важное, полезное людям. А грусть — потому что умытые, накормленные и одетые нищие через несколько дней снова встречали её с голодным взглядом и в грязных лохмотьях. «А где же новая одежда?» — недоумевала Юлия Тимофеевна. «Продал, барыня. Деткам хлеба купил».

Этим людям нужно было не просто подаяние, но и твердая почва под ногами. Им нужна была работа, чтобы кормить семьи. А где найти приличную работу отверженному с Хитровки?..

Но Юлия Тимофеевна нашла решение. В наследство от матери, Марии Фёдоровны Морозовой, Крестовникова получила большую сумму денег и пожелание, чтобы дочь каким-либо образом увековечила память своего отца, Тимофея Саввича. Сначала Юлия думала о памятнике — бюсте или колонне в одном из московских парков. Но со временем в ней росла уверенность, что отец, всю жизнь помогавший обездоленным и неимущим, наверняка счёл бы такую трату денег напрасной. И Крестовникова поступила по-другому.

Двадцать третьего февраля тысяча девятьсот двенадцатого года в Московскую Городскую Думу поступило официальное письмо: «Во исполнение завещания покойной моей матери, имею честь просить Московскую городскую думу разрешить мне приступить к постройке биржи труда, с условием, чтобы постройка велась непосредственно мною и именовалась «Биржа Труда памяти Тимофея Саввича Морозова». Под письмом стояла подпись Юлии Тимофеевны Крестовниковой.

В короткий по тем временам срок — через два года — Биржа была построена, освящена, и открыла свои двери для посетителей. Услуги в ней были бесплатными, и Юлия Тимофеевна позаботилась о том, чтобы приоритет в получении работы отдавался беднейшим, остро нуждающимся в заработке москвичам.

Так дочь увековечила память об отце, и была уверена, что этот её выбор он обязательно бы одобрил.

Источник: рубрика «Имена милосердия» Радио ВЕРА