Опора-Созидание Проект рабочей группы "Предпринимательство и православие"
"Мы развиваем культуру предпринимательства, основанную на традиционных российских ценностях, осуществляя вклад в духовное возрождение России"

Синергетический эффект: рождение пользы, и что происходит, когда ее нет

Petr BazunovДля финансирования своего роста любой компании требуются деньги. И деньги нужны не какие попало, т.е. заемные и под любые проценты, а именно собственноручно заработанные в виде полученной из общей выручки компании маржинальной прибыли. Высокая маржинальная прибыль есть идеальный источник для финансирования роста бизнеса. Эта прибыль является, по сути, торговой наценкой на единицу проданного товара и должна быть как можно выше. Маржинальная прибыль компании является для нее не только источником средств для покрытия своих накладных расходов, но и источником вложений в расширение своей деятельности в виде затрат на увеличение офисно-складского комплекса, инвестиций в новое оборудование или в обучение персонала или служит источником вложений во что- то еще, что напрямую сопряжено с развитием дела… Немного отвлекаясь от темы следует сразу упомянуть, что все эти расходы хотя и направлены на развитие бизнеса, сами по себе еще не являются признаками развития – это всего лишь факторы, говорящие о некой активности в недрах организации, но будет ли она развиваться вследствие этой активности, покажет будущее, и это будущее будет зависеть от того, насколько правильными и своевременными были эти траты. Внутренние и более объективные факторы роста компании состоят, как правило, в повышении общего качества ее работы, что создает востребованность ее присутствия на рынке и в улучшении ее финансовых результатов в виде увеличения чистой прибыли.

Есть одна проблема – увеличение торговой наценки, позволяющее повысить маржинальную прибыль, как поднятие планки для прыжка, не может происходить бесконечно, тем более в условиях постепенного обострения конкуренции. Цена товара в идеале должна соответствовать той ценности, которую он несет в себе для конкретного покупателя. В противном случае, покупатель не выберет этот товар. Поэтому цена не может бесконечно расти. Мы знаем также, что почти любая компания имеет не один, а несколько товаров в ассортименте и чаще всего случается, что на разных товарах существует разная торговая наценка, что позволяет компании в итоге получать усредненную прибыль по итогам некоего периода. Чтобы оставаться «в рынке» любая компания, пополняя ассортимент, вынуждена находить для продажи такие товары, торговая наценка на которых наиболее высока. Как и где их искать, как некий способ организации своей работы, основанный на усвоенной жизненной философии, и есть то, что я хотел бы рассмотреть в данной статье на примерах из практики.

Любая компания стремясь больше зарабатывать предпринимает для этого шаги, суть которых зависит от того в какой культурной среде осуществляется ее работа. У этих шагов есть две принципиально разные направленности: направленность на необоснованное удорожание товара для клиента, основанное на предпринятой попытке удачной сделки, когда покупатель, под воздействием своей малой осведомленности заплатит за товар, сколько его попросит продавец, но сам до конца не будет знать, зачем ему это надо. Товар может не содержать в себе ценности или реальной пользы для этого покупателя, а значит не отражать его потребности, но покупатель будет втянут в эту сделку, которая заведомо выгодна лишь одной стороне – продавцу. Чем не обычная ситуация из реальной жизни?! Результатом таких сделок является неудовлетворенность, закрытость и недоверие покупателя к продавцу и, как следствие, невысокая вероятность повторных сделок. Но есть другая направленность, суть которой состоит в сознательном повышении ценности товара для того же покупателя. Повышение ценности выражается в стремлении продавца понять практический смысл товара для покупателя и только в этом случае осуществить его ценообразование и продажу. Сам процесс обнаружения этой ценности и сопряженный с ним необходимый процесс изучения потребностей покупателя уже повышают ценность продаваемого продукта, так как вместе с продуктом происходит продажа времени, знаний и профессиональных навыков продавца, в идеале, необходимых покупателю в своей работе. Очевидно, что первый подход не основан на каком-то специфическом воспитании и является скорее отражением природной сущности любого животного обеспечить свое физическое существование минимально доступными и простыми способами. Проследить влияние инстинкта самосохранения и потребности социального признания на поведения человека, обладающего духом предпринимателя, по сути, проследить, откуда происходит в человеке сама страсть к наживе, с точки зрения психологии, было бы интересно, но не имеет особого смысла для данного материала. Достаточно обобщить, что мы имеем два принципиально разных пути поиска высоко прибыльных товаров:

— путь попыток продать дороже то, что не может столько стоить.

— путь попыток найти и продать полезный товар.

В первом случае, собственно, поиска товара и не происходит. Происходит скорее поиск доверчивого клиента. Эта жизненная установка на скорейший заработок на самом деле начнет потом препятствовать заработку. Интересным моментом является то, как реагирует главный участник сделки (покупатель) на оба эти подхода в работе с ним, являясь при этом носителем определенной культуры и системы ценностей. От степени этой реакции зависит возможность дальнейших отношений с этим покупателем. Так вот в русской культуре, по моему личному наблюдению, внутреннего одобрения и душевного понимания попытки продать кому-то что-то дешевое за «дорого», не существует. В нашей культуре это, как акт вероломства, не возвеличивает человека и не встречает одобрения, но, напротив, сулит общественное осуждение, причем, как нигде еще. В западной культуре, человек сам принимает решение и сам отвечает за него – так там воспитывается общество. В нашей культуре требуется установление духовной связи, основанной на открытости и доверии, поэтому вина за подобный обман ложится на обманувшего, а не на обманутого. Мы в этом плане глубже смотрим на вещи, чем представители традиционных западных культур. И хотя такие «однобокие» деловые отношения у нас всегда и повсеместно практикуются, как и везде в мире, но родными по духу они нам не являются, нанося тем самым дополнительный урон нашему национальному самосознанию и мешая нам конструктивно развиваться, как нации. Мы, в отличие от американцев или англичан, «торгашеские» попытки обмана воспринимаем крайне болезненно, но привычно, по недоразумению полагая, что так устроен капитализм. Деловые отношения в таких случаях у нас почти сразу приобретают особый и крайне острый сопернический характер, основанный на попытках взаимно «ободрать» друг друга, причем иногда из простого принципа. Очевидно, что и деловая культура в таких условиях резко падает и эффективность страдает…

Совсем другое происходит, когда покупатель осознает, что продавец помог ему решить его специфическую задачу и предложил ему именно то, что ему – покупателю – на самом деле было нужно. В этих условиях прохождения сделки обе стороны, в России, как нигде еще, осознают важность сотрудничества и у них возникают условия для доверия.

Зачем это доверие кому-то нужно? Не безлик ли бизнес? Есть ли смысл искать в нем что-то еще, кроме денег? Ответить тут можно коротко: доверие нужно, а бизнес не безлик и предпринимается в соответствии с доминирующими в обществе понятиями о нравственности и культурными особенностями. Бизнес – это мы сами, потому что мы сами создаем условия, в которые ввергаем себя, пытаясь друг другу что-то продать. Тут выражается наша натура. Да, бизнес всегда состоит из продажи и существует ради заработка денег. Однако, при этом деловые отношения могут быть как конструктивными, так и неконструктивными и этот характер им придают сами люди, осуществляющие их. Чтобы быть конструктивными, а не варварскими, деловые отношения должны иметь здраво понятую положительную для обеих сторон суть и основываться на собственной национальной системе ценностей и понятиях о нравственности. Эти понятия, как и сам характер, как правило, вырабатываются временем в условиях исторической и культурной жизни общества. Я уже пытался анализировать причины «плохой приживаемости» капиталистических отношений в нашей культуре, сформированной православной христианской этикой, в другом своем материале — «Почему у нас такой капитализм?», но сейчас нет смысла углубляться и возвращаться к этому вопросу.

Очевидно пока то, что бизнес, как и капитализм, на самом деле, не универсально рационален. Что и как мы продаем, как ведем себя, влияет на размер того, что мы заработаем в перспективе, взаимодействуя со своими коллегами. Наш клиент в итоге уйдет от нас, если утвердится в мысли, что не доверяет нам, что мы нарушаем понятные ему представления о человеческой порядочности (!), или… когда поймет , что от нас ему нет практического толку в его работе. И то и другое и третье препятствует в итоге развитию бизнеса. Как, по моему мнению, может возникнуть «практический толк» в отношениях на основе нашего узконационального понимания о порядочности я и хотел бы рассказать, опираясь на свой собственный опыт.

Высоко маржинальные товары необходимы фирме для жизни и правильного развития. Подобный подход к ассортименту вынуждает руководителя творчески мыслить, а именно максимально использовать ресурсы своей компании, изучать особенности своей продукции и технические возможности своего оборудования и, конечно, правильно применять сильные стороны своих человеческих ресурсов – людей, которые работают на него, — незаметно для себя создавая такими действиями в их команде корпоративную культуру профессионализма. Высоко маржинальные товары являются, как правило, отражением глубокой умственной проработки этих товаров. Любое воздействие, которому подвергается товар до момента продажи и все с чем это сопряжено, включая сам процесс продажи, добавляют или должны добавлять к нему стоимость и повышать его ценность. Глубокая проработка, в конечном счете, способна произвести на свет то, что называется инновационными технологическими решениями, так как сопряжена с умственной активностью людей и направлена на улучшение свойств товара. Эти инновационные решения способствуют углублению специализации компании, и повышают, таким образом, ее востребованность на рынке ее же клиентами. Любой толковый предприниматель с течением времени начинает больше ориентироваться на стабильность процесса, нежели на удачу, так как начинает глубже понимать, что он производит и для кого это делает. Момент такого осознания совпадает, как правило, с моментом, когда предприниматель, обретя опыт и репутацию, зарабатывает тот самый нематериальный, но самый дорогой актив, который обобщается одним словом — «имя».

Поиск принципиально нового товара, цена на который могла бы помочь окупить не только затраты на его производство, но и принести значительную прибыль компании является процессом, в основе которого лежит синергетический эффект. Если этот эффект возникает, значит, время на разработку этого товара было потрачено не зря. Синергетический эффект представляет собой момент, когда происходит резкое повышение эффективности двух процессов при их слиянии или совместном взаимном влиянии. В физике это аналог процесса резонанса. В экономических торговых отношениях это момент рождения пользы для двух сторон сотрудничества. Говоря прикладным языком, это когда поставщик вырабатывает для покупателя такое технологическое решение в виде товара с особыми свойствами, которое позволяет покупателю при его использовании значительно повысить эффективность своей работы или придать своим товарам наиболее выгодные и уникальные свойства. Математический эффект таких коммерческих сделок выражается следующим образом: 1 + 1 = 3. Это когда обе стороны не просто помогают, но дополняют друг друга настолько, что их совместное развитие получает значительный толчок. Именно такая направленность в поиске «дорогих» товаров должна быть свойственна и, значит, выработана практикой в отношениях между российскими деловыми партнерами.

Вот простой пример из моего личного опыта, который, возможно, поможет понять как происходят подобные синергетические эффекты в процессе сотрудничества двух фирм. Фирма А – покупатель – применяет в своей работе некий товар и с его помощью производит свою продукцию. Этот некий товар – есть сырье для фирмы А. Тем временем, фирма Б – поставщик сырья – поставляет данный товар фирме А по определенной цене, и, как всегда, испытывает ценовой прессинг от последней, обоснованием которого служит то, что «конкуренты предлагают на рынке тоже самое, но дешевле», или «ситуация на рынке тяжелая и оборотных средств не хватает», или упоминаются другие, похожие по своей сути причины, обобщаемые одной идеей: «нам нужна цена ниже, а качество выше». При этом в стратегических планах фирмы А заложено расширение собственного бизнеса и основой для этого будет являться покупка нового оборудования для обеспечения выполнения растущего объема заказов. Чем не привычная для современной российской компании картина? Предполагаемые инвестиции в это оборудование составят, к примеру, около 500 тыс. евро. Для его закупки будет привлекаться лизинговая компания, которая будет финансировать сделку с производителем техники. Однако, тем временем, параллельно с этими процессами, происходящими внутри фирмы А, ее поставщик – фирма Б – готовит и выводит на рынок новый материал (сырье), который предлагает фирме А протестировать и сделать выводы о его свойствах. Фирма А соглашается на тест и проводит его. Результат теста показывает, что на данном новом сырье фирма А может производить более, чем на 20% свыше своего нормального объема текущей продукции при одновременном улучшении его свойств, чем на сырье уже существующей модификации. Увеличение производительности даже на 20% в реальном производстве означает огромный выигрыш для фирмы А. Но это еще не синергетический эффект, так как тут пока действует простое правило сложения: 1 + 1 = 2. Естественно, фирма Б говорит, что ей нужно продавать это новое сырье на 10% дороже, чем предыдущее, но при этом фирма А осознает, что все равно ей выгодно это новое сырье. Осознает, но, как правило, молчит… Я пока не хочу обсуждать детали того, что происходит в процессе переговоров между поставщиком и покупателем в подобных ситуациях на практике, когда новое сырье вдруг оказывается дороже предыдущего. Скажу лишь, что фирма А в таких ситуациях по привычке начинает спорить из за цены с фирмой Б и сутью спора является требование сохранить цену на прежнем уровне. Почему это происходит, это уже вопрос особого психотипа человека (тем более русского предпринимателя) и его рассматривать сейчас и в данном материале мы не станем. Главный смысл происходящего состоит в том, что покупатель (фирма А) не замечает или не хочет замечать, что в этот момент поставщик (фирма Б) дает ему возможность единовременно сэкономить 500 тыс. евро на инвестициях в оборудование – оно ей в обозримом будущем пока не понадобится. Вот главное, на что следует обратить внимание фирме А.. По теории опциональных издержек фирма А сэкономила, по крайней мере, сумму оплаты процентов, набежавших бы за то время, на которое отложилась покупка нового оборудования по причине повышения производительности уже существующего за счет применения нового сырья. Вот, где получается эффект 1 + 1 = 3. Это эффект от совместных действий двух фирм в ходе решения общей и здраво понятой задачи – не снижение стоимости сырья, но повышение производительности уже имеющегося производственного участка фирмы А и значительное расширение бизнеса этой компании без привлечения дополнительных инвестиций и возникновения соответствующих дополнительных затрат. На самом деле, в идеале, именно на это должны быть настроены отношения любого продавца и покупателя в условиях осуществления деловых отношений, а именно – на взаимное повышение эффективности за счет обнаружения новых рыночных возможностей друг для друга и их удовлетворении.

Примечательно, что именно в России такой подход в работе может вполне органично стать основой нарождения новой продуктивной модели деловых отношений, основанной на национальных началах. Почему именно в России? Потому что необходимые для этого условия в виде природной наблюдательности и выработанных особых душевных свойств, таких как искренность и готовность помочь, хотя бы и в форме разовой услуги, особенно ценятся (не говорю – практикуются, но ценятся) и ожидаемы людьми друг от друга именно у нас в силу особенностей нашего национального характера. Если обратиться к персонажам русских сказок, важнейшему источнику ярких национальных собирательных образов, характеризующих нас как культурный тип, то не трудно заметить, что в первую очередь не лень, но искренность и простота есть черты характера любого положительного героя в них, что есть первый признак важности этих качеств в нашей культуре. Эти качества есть основа нашей нравственности. Поэтому именно эти качества могут быть залогом для рождения этики продуктивных деловых отношений и вслед за ними профессионализма в нашей культуре, профессионализма, которого нам традиционно так не хватает. Это станет возможным конечно только, если практика следования этим национальным качествам в работе будет происходить, расти, и укрепляться положительным опытом и трудолюбием. Очевидно также, что именно у нас пока что реже всего и встретишь такое поведение на практике между сотрудничающими друг с другом предпринимателями. Почему именно так происходит сказать сложно, и в данной статье этого не проанализировать. Я бы просто сказал, что начать стремиться в сотрудничестве с покупателем к конструктивной синергетической основе никогда не поздно и это приносит очень хорошие плоды именно в нашей культуре. Я говорю из собственного опыта, но не из голого оптимизма.

Возвращаясь от общего к частному, следует сказать, что для каждого руководителя должно быть очевидным, что чрезмерная и бессмысленная, по сути, нагрузка своего предприятия долговыми обязательствами не ведет к его развитию. Как раз наоборот она ведет к его ослаблению. Бессмысленной является в данном случае та нагрузка, которой можно было бы избежать для достижения поставленной цели. Грамотному руководителю фирмы А будет понятен тот факт, что необходимо максимально использовать ресурсы своего делового партнера — поставщика (фирмы Б) – с целью поиска возможностей значительно повысить эффективность и качество своей работы (создание синергетического эффекта в работе с поставщиком) ради извлечения из работы с ним максимальной пользы для своего дела. Очевидно, что эта польза вовсе не означает самую низкую цену. Каждый раз, когда вопрос цены во взаимоотношениях становится на первый план, он требует детального изучения причин своего возникновения, так как является сигналом нарождающейся проблемы. Если единственной причиной деловых отношений является низкая цена, то значит, что стороны не видят сути того, что делают, товар является для них «ширпотребом» и они упускают возможность собственного профессионального развития, углубления специализации и, в конечном счете, обретения финансовой стабильности. Стороны просто не видят, что потенциально полезного несут друг другу и не умеют спрашивать этого друг от друга. Именно поэтому в итоге большинство российских компаний не могут существовать без внешних источников финансирования: они просто не пытаются работать в паре со своим поставщиком, не видя в этом смысла, и потому не создают ничего принципиально нового. Это нарушает важнейший принцип творчества в профессии и обрекает сотрудничество на ограниченность и деградацию.

Искать возможности синергетического эффекта следует обеим сторонам, идя навстречу друг другу, учитывая взаимные потребности, и используя свои ресурсы для их удовлетворения. Тут конечно возникает проблема недоверия, но сторонам надо учиться перешагивать этот барьер малыми шагами, иначе их отношения будут всегда иметь неконструктивный и сопернический характер.

Возвращаясь к вопросу цены на новое сырье в представленном выше примере, следует сказать, что при повышении производительности на 20% и повышении цены на сырье на 10% для получения объективной картины расходов, из затрат, возникших вследствие возросшей цены на новое сырьё, нужно дополнительно вычесть саму стоимость вовлеченных в покупку нового оборудования кредитных средств. Эти проценты есть деньги, которые были бы потрачены, начиная с момента, когда оборудование должно было быть оплаченным первый раз и до момента пока оно стало бы загружаться новой работой и приносить доход. Для примера, при 16% годовых стоимости кредита, выданного сроком на 1 год, на сумму в 500 тысяч евро сумма ежемесячного платежа по процентам составит около 6,5 тысяч евро. Это еще при условии погашения тела кредита равномерно по месяцам, (что на практике не происходит, так как это невыгодно банку). Отложенная таким образом, к примеру, на 6-8 месяцев покупка нового станка сэкономит компании А, как минимум, 40 000 евро, что есть не малая сумма для любого малого и среднего предприятия. Таким образом, в подобных ситуациях на практике компания покупатель (фирма А) начинает терять деньги с каждой минуты, потраченной на попытку «утрясти» цену нового сырья, от которого уже есть сильнейший экономический эффект и прямо сейчас. Торгуясь и отказываясь от нового сырья по причине его возросшей стоимости, фирма А теряет деньги в этот момент, вместо того, чтобы начать их сразу зарабатывать, узнав о такой возможности.

Тут же следует упомянуть, что у нас на практике чаще всего, вначале покупается оборудование под плановую загрузку выше текущей на 10-30% и, уже потом начинаются активные поиски дополнительной работы для него, чтобы загрузить его на 80-100%. Очевидно, что купив новое оборудование по лизингу, не имея на него работы на все 100 или даже 80% любая компания сразу становится похожа на беременную женщину – она находится в затруднительном положении, когда ей противопоказаны всякие экономические встряски, требуется качественное питание (высокая маржинальная прибыль), и которое к тому же должно поступать своевременно: т.е. счета должны оплачиваться клиентами вовремя и средства на расчетный счет компании должны поступать своевременно. Таков простой закон экономики любого растущего предприятия. Понимая это и осуществляя правильную стратегию, руководитель компании сможет помочь ей пережить кризисный период инвестиций в свой рост гораздо благополучнее.

Другим примером синергетического эффекта в моей практике являлось сокращение по времени производственного цикла промышленной компании с помощью применения нового высокотехнологичного сырья в ее производстве. Это позволило компании покупателю сырья, начать работу с принципиально новым кругом заказов, обслуживание которых ей ранее не удавалось в силу длительного периода производственного цикла. Экономический эффект был значительным для обеих сторон. В данном случае результатом сотрудничества явилось расширение технических возможностей нашего клиента, а не удешевление его продукции.

Однако, я прекрасно осознаю, что поиск синергетического эффекта в работе поставщика и покупателя в нашей российской деловой практике настолько редкое явление, что говорить о нем, как о чем-то массовом и, значит — привычном, вообще не приходится. Нет пока даже ясно сформулированного нравственного ориентира в нашей культуре, который толкал бы типичного русского предпринимателя на этот поиск в его профессиональной практике. Нет практики, значит, нет привычки. Поэтому в нашей деловой среде рождение синергетического эффекта напоминает скорее отдельные редкие случаи, вызванные все же природной предрасположенностью русского характера к такому виду сотрудничества в силу своих национальных душевных качеств, но что является в практической реальности, к сожалению, проблесками падающих звезд на мрачном ночном небе нашей деловой культуры.

Синергетический эффект можно назвать добавленной стоимостью, созданной предприятием или коммерческой компанией, как целым комплексом ценностей, интеллекта и профессиональных навыков людей, существующей инфраструктуры, и имеющимися особыми свойствами товара, когда все это объединено одним общим фирменным названием организации. Заметьте, я специально ставлю товар на последнее место, перечисляя все из чего состоит фирма, как рыночный организм, так как товар сам по себе ничего не значит и представляет собой лишь повод для сотрудничества, но ни как ни его объект с ценой, как бы это странно не звучало на первый взгляд. Товар есть лишь средство, посредством которого происходит (должен происходить) информационный технологический обмен между сотрудничающими организациями и рождается польза от него. Более ничего. Этот обмен и есть процесс поиска возможного синергетического эффекта, т.е. совместной для поставщика и покупателя пользы. Продукт этой синергии есть результат человеческого творчества в сфере бизнеса и технологии – такого же творчества, как творчество в любом виде искусства, будь то живопись, стихи, музыка или танец.

Но, возвращаясь к расходам и маржинальной прибыли, все же следует вспомнить, что эту прибыль можно увеличивать также за счет сокращения издержек. И тут на российском рынке среди частных промышленных компаний широко используются традиционные способы экономии на сырьевых материалах…

Очевидно, что эта практика приводит к обратному эффекту – не развития, но деградации этих компаний. Проблема в том, что предприниматели, практикующие постоянный поиск способов удешевить свою продукцию достигают математического эффекта 1 + 1 = 2 или даже 1,5. Происходит математическое уменьшение размера переменных прямых затрат на выпуск единицы продукции, но технологических прорывов, сулящих в среднесрочной перспективе успех и стабильность роста компании, за счет выхода на новые рынки и появления таким образом новых товаров в ее ассортименте, не происходит. Нет для этого условий. Для появления таких товаров нужно создавать практикой соответствующий климат изучения потребностей покупателя, поиска способов их удовлетворения, нужно приучать людей вникать в нужды своих клиентов и искать места возможной взаимной пользы. В противном случае процесс сотрудничества будет похож на попытку родить ребенка в условиях сознательного использования контрацепции и при недоверии друг к другу. Такая нацеленность лишает цепочку поставщика и покупателя возможности рождения нового, так как обе стороны ищут не эффекта 1 + 1 = 3, но ищут простых сиюминутных экономических решений, убивая каждый день творческие возможности своих организаций, фокусируясь на снижении цены и упрощении свойств товара. В короткой перспективе эта «культура импотенции» не погубит компанию, но в среднесрочной перспективе бизнес начнет хиреть, пока не сойдет к минимуму или пока процессы деградации в компании и коллективе не примут необратимого характера. Эти процессы распада начинаются, когда большинство сотрудников по непонятным для них причинам начинают терять живой интерес к происходящему вокруг них на работе, и каждый из них сосредотачивается на сокращении своей личной ответственности за происходящее и сохранении своего личного status quo в данной организации. Такой момент наступает, когда нарушается здравая система корпоративных ценностей в умах людей. К сожалению, эти процессы очень медленны, а потому незаметны для большинства руководителей, но негативный эффект от них неотвратим и рано или поздно наступает, как эффект от медленно расползающегося по организму онкологического заболевания.

Большинство российских компаний недальновидны, и до сих пор не видят разницы между двумя принципиально разными подходами в работе: сотрудничество и соперничество, содействие и подавление, стремление к качеству и стремление к упадку. Весь процесс по извлечению прибыли обзывается бизнесом, и многие наши российские фирмы в состоянии расти или даже просто существовать только за счет внешних источников финансирования, компенсирующих их неспособность зарабатывать деньги, делая качественную продукцию и разбираясь в сути своего бизнеса. В них происходит выше описанный процесс нравственной эрозии, являющийся одновременно причиной и следствием постепенно ослабляющегося рыночного положения компании. Погоня за удешевлением своей продукции, как единственным способом ее продажи, вместо стремления принципиально повысить ее качество и за ним – свою ценность, как участника рынка, есть в корне неправильный путь, но самый простой и естественный. И пусть каждый предприниматель сам решит, каким путем ему идти ближе по духу. Этот же путь будет отражать и его жизненное кредо – либо давать больше, чем потреблять и значит быть востребованным, либо брать больше, чем давать, и, значит, становиться лишним и быть со временем отторгнутым.

Я не знаю, так ли много живет на свете людей реально стремящихся платить как можно меньше за качество собственной жизни. Тем более странно, откуда происходит желание у наших предпринимателей бесконечно обесценивать себя и свою продукцию.

Автор: Петр Базунов